Финская шведскоговорящая поэтесса Эдит Сёдергран говорила
о «несуществующей стране», а Жорж Перек о «месте в духе Борхеса, откуда
виден весь мир разом...».
Пейзаж души Каурисмяки – «пространство» между городом и деревней.
Даже в городских его сценах мы почти всегда на окраине, не в центре; центр
характеризуется как обезличивающее и безымянное пространство. Рабочий
квартал Каллио в Хельсинки часто фигурирует в фильмах «Тени в раю» и
«Девушка со спичечной фабрики».
«Тени в раю». Каллио
Некоторые произведения − настоящие фильмы о
городе: «Преступление и наказание» и «Союз Каламари» содержат незабываемые виды
городского ансамбля, снятые с высокой точки. В «Огнях городской окраины»
такие планы особенно значимы. Тогда как в фильме «Рай и ад» (1963)
Куросавы области проживания богатых и бедных отделены друг от друга физически,
но находятся в пределах видимости друг от друга, здесь диаметральные
полюсы общества вложены друг в друга, как матрешки, в одной и той же среде.
Каждый такой пейзаж – захватывающий ребус,
хотя режиссёр не стремился к эффектности.
«Огни городской окраины». Руохолахти
Квартал Руохолахти в
Хельсинки был полностью перестроен на деньги крупных предприятий, достаточно
влиятельных, чтобы стереть с карты культовое место, символ независимости
молодежи – легендарный рок-клуб «Лепакко»,
и одинокие призраки молодых маргиналов непременно где-то еще рыщут. В интервью Ilta-Sanomat
(1987 г.) Аки Каурисмяки прокомментировал это так:
|
«Все, что мы сняли, в основном было
снесено спустя день или год. Архитекторы и инженеры поднялись, чтобы защитить
отдельные дома, снос происходил в период 1965-1985 гг. Я этого никогда
не прощу. Такое преступление невозможно больше нигде в Европе, даже шведы
берегут свою среду обитания лучше нас. По какому праву эти люди калечат страну,
которую изначально им не в чем упрекнуть».
|
 |
 |
|
На фото слева -
легендарный клуб «Лепакко», 1979 г., справа - офисное здание,
построенное на месте снесённого клуба |
Перевод
с французского: Л. Тюрина, специально для сайта
aki-kaurismaki.ru