на главную   акиландия

поиск

 
 

«Я с Хямеентие»
Хельсинки Каурисмяки, логика места

 
Санна Педен  |  «World Film Locations: Helsinki»

 

Фильмы Аки Каурисмяки, как правило, избегают известных ориентиров на местности и фокусируются на ничем непримечательных улочках и маленьких барах. Город у Каурисмяки – это город как таковой, город с общими для всех городов чертами, с универсальной применимостью понятий городского отчуждения и социальной эрозии. В то же время, связанным с Хельсинки фильмам Каурисмяки присуща безусловная узнаваемость местности и отождествление определенных районов города с конкретными классами и социальными группами. Хорошим примером является «Союз Каламари» (1985) – сатира, где группа молодых мужчин предпринимает эпическое путешествие через весь город из Каллио в Эйру: они чувствуют себя слишком обманутыми, чувствуют угрозу со стороны старых дам, детей и даже животных, бродящих в Каллио. Они слышали о мифической дальней земле Эйра, где много зелени и свежего воздуха, и поэтому начинают свое рискованное путешествие навстречу обещанному прекрасному будущему. Группа разбивается на несколько мелких, каждая из которых следует своим маршрутом. Так, полагают они, хотя бы некоторые из них имеют шанс найти правильный путь и выжить. Большинство из них погибает, а двое оставшихся в живых,  достигнув заветной цели, понимают, что прибыли слишком поздно: строительные площадки доминируют в городском пейзаже и им становится понятно, что в Эйре теперь не лучше, чем дома. После  борьбы они решают, что единственная возможность достичь земли их мечты –  продолжить путешествие, на этот раз в Эстонию на шлюпке. Каллио в фильме изображен суровым рабочим районом, в то время как Эйра традиционно более буржуазна, и полное опасностей путешествие группы жителей Каллио отражает отчаянное желание подняться вверх по социальной лестнице.

 

Никандер в кафе «Мельба», на пересечении Хельсингинкату и Хямеентие.
«Тени в раю», 1986

 

«Тени в раю» (1986) – также очень локально узнаваемый фильм. Говоря о фильме после его выхода, критик Хелена Юлянен назвала его супертерриториальным: главные герои живут вдоль и возле Хямеентие и рынка Хаканиеми, сопротивляясь притяжению других мест города, оказываясь там, в основном, проездом, в качестве  пассажира. Говоря своей соседке по квартире, что собирается вернуться домой, Илона с кривой улыбкой  объясняет, что она не местная, а «c Хямеентие»: одной из главных улиц Хельсинки неподалеку от места, где происходит все действие фильма. Эти слова Илоны разбивают город на небольшие фрагменты: не «из Хельсинки», а из одной из многих частей города. Эти же слова подчеркивают отчуждение Илоны, невозможность найти себе пристанище даже среди множества теоретических возможностей, доступных в столице.

 

В фильме «Вдаль уплывают облака» (1996) ресторан Дубровник находится в центре Хельсинки, и пока Илона и Лаури работают – они часть центрального городского пейзажа, Лаури даже в официальном положении водителя трамвая. Однако когда они оба становятся безработными, они начинают ассоциироваться с маргинальными местами вроде анонимного бара, где  вынуждена работать Илона. Преобладающие съемки внутри помещений не позволяют легко определить расположение таких мест в городе: став безработными герои были выброшены из публичной сферы так же, как из общества в целом. Когда в конце фильма Илона и Лаури открывают свой новый ресторан в Эйре под названием «Труд», действие снова возвращает их в центр города.

 

Финальная сцена сводит пространственную критику Каурисмяки в единый образ: побежденный человек, находящий короткую передышку у техники, предназначенной для того, чтобы сделать город ещё более враждебным ему.
«Огни городской окраины», 2006

 

Фильм 2006 года «Огни городской окраины» демонстрирует движение в сторону от наиболее традиционных для Каурисмяки мест, так как фильм снимался в Руохолахти, районе на юго-западе Хельсинки, ставшем центром инвестиций и высокотехнологичного бизнеса. Ирмели Хаутамяки отмечает, что оригинальное финское название фильма – «Огни городской окраины» вводит в заблуждение. Хаутамяки утверждает, что название фильма имеет смысл, только учитывая тот факт, что 15 лет назад Руохолахти действительно был окраиной, местом складов и известного молодежного центра, ставшего приютом для бездомных [1]. В названии фильма можно увидеть критику недавнего «облагораживания» района и той цены, которую заплатили за это местная культура и общество. В конце фильма главный герой Койстинен, избитый до полусмерти, сидит, прислонившись к тяжелой технике на стройплощадке на фоне строящегося здания. Финальная сцена сводит пространственную критику Каурисмяки в единый образ: побежденный человек, находящий короткую передышку у техники, предназначенной для того, чтобы сделать город ещё более враждебным ему. В этом своем состоянии Койстинен олицетворяет и бездомных, выселенных из Руохолахти, когда развитие района только начиналось, и тех, кто пережил эту участь позднее, в процессе дальнейшей коммерциализации города.

 

Это разделение Хельсинки по Каурисмяки довольно любопытно. Анонимность мест на экране играет важную роль в социальной критике, звучащей в фильмах. В то время как  реальные места в городе связаны с подъемом и падением героев, «логика места» в фильмах Каурисмяки использует репутацию и особенности конкретных районов города.

 


[1] Речь идет о легендарном рок-клубе «Лепакко», центре молодежной культуры города, который был снесен в 1999 году, а на его месте было построено офисное здание (Прим. ред.).

 

Перевод с английского:  Анна Хелия, специально для сайта aki-kaurismaki.ru

 

 


avk (c) 08-17

Все права на все текстовые, фото-, аудио- и видеоматериалы, размещенные на сайте, принадлежат авторам или иным владельцам исключительных прав на использование этих материалов. При полном или частичном использовании материалов, переведённых на русский язык специально для сайта aki-kaurismaki.ru, ссылка на http://aki-kaurismaki.ru обязательна.