Франция Каурисмяки

Во вторник финский кинорежиссер представил свой фильм «Гавр» - современную социальную хронику об иммиграции, наполненную духом кино Марселя Карне и Рене Клера.

Сидя в мягком кресле на пляже Мажестик и потягивая из стаканчика белое «Mouton Cadet», режиссер «Девушки со спичечной фабрики» и «Человека без прошлого» устремляет пристальный взгляд своих голубых глаз за горизонт. Он похож на свои фильмы: чуть не от мира сего, очень тонкий и меланхоличный. Встреча с застенчивым медведем.

- Как вам пришла идея снимать фильм в Гавре?

- Я планировал поговорить о судьбе мигрантов, которые покидают свои страны и укрываются в Европе. На Средиземном море я начал искать портовый город, который мог бы послужить декорацией для съёмок. Объездил  Испанию, Италию, но все эти места выглядели бы в кадре чересчур реалистично. Всё это было не то и совсем меня не вдохновляло. Всё казалось пресным, совсем не таким, что я себе представлял. Потом я отправился в Португалию и уже потом нашел Гавр. Этот город, с его доками и старым портом, всё ещё хранит рабочую атмосферу. В музыкальном плане это французский Мемфис, а певец Литтл Боб - Элвис французского рок-н-ролла. Я хотел бы, чтобы можно было сказать, что Гавр - главный персонаж в моем фильме, но я не уверен, что в точности передал дух этого города.

- Вы обращаетесь к актуальной теме - иммиграции - и одновременно в вашем фильме ощущается атмосфера 1950-х годов. У вас ностальгия по тем временам?

- Я родился в 50-х. Это было счастливое время. В Финляндии каждой корове давали свое имя. А сегодня везде царит равнодушие.

- Ваших персонажей зовут Моне, Беккер, Арлетти... Это дань уважения французскому кино тех лет?

- Я стараюсь быть вежливым! (смеётся) Я открыл для себя Францию в 1965 году, когда ездил сюда с отцом на машине. Возвращаясь во Францию, я впитываю её кино, кино Рене Клера, Марселя Карне, Беккера и Мелвиля. К сожалению, я им в подметки не гожусь.

- Какой ваш любимый французский фильм?

- Фильм, снятый в Гавре: «Набережная туманов» Марселя Карне. Подсознательно, возможно, именно это и предопределило мой выбор.

- Мы видим некоего Марселя Маркса в Гавре. Это намек на Карла Маркса или на братьев Маркс?

- Конечно же, на Карла Маркса! (смеётся) Он уже присутствовал в «Жизни богемы», который я снял в Париже в 1991. Кстати, актер, который его сыграл, тот же самый - Андре Вильмс.

- Также мы видим Пьера Эте и Жан-Пьера Лео.  А во Франции ведь нет недостатка в молодых актерах...

- Я выбрал лучших! Они настоящие маньяки.

- Вроде вас?

- Нет, я абсолютно нормален. И то, что я в Каннах - тому доказательство! (смеётся)

- Кто вас вдохновил на создание персонажа комиссара Моне, которого сыграл Жан-Пьер Даруссен?

- Заметьте, я мог бы запросто его окрестить Мане! Люблю импрессионистов. Но он не француз по происхождению. А вдохновил меня образ Порфирия Петровича из «Преступления и наказания». Он  был поставлен перед такой же моральной дилеммой.

- Планируете ещё снимать во Франции?

- Это только Богу известно. Я даже спрашиваю себя, буду ли я вообще ещё снимать. Я уставший человек. Я много работал в молодости, и с тех пор, как я стал заниматься кино, я всё делаю сам: от написания сценария до монтажа.

Перевод с французского:  К. Макарова, специально для сайта aki-kaurismaki.ru