|
После съемок в трех фильмах приверженца кинематографического абсурда Аки Каурисмяки французский актер Андре Вилмс решил, что заработал право стать участником еще одной картины финского режиссера.
«Я сказал Аки: «Эй, собака и ребенок – для меня это
слишком!», – вспоминает Вилмс во время интервью на международном кинофестивале в
Торонто. – А он ответил: «О'кей, я заплачу немного больше!»
И собака (милая дворняга Лайка), и ребенок
(обладающий выразительной внешностью дебютант большого экрана Блонден Мигель)
остались в картине, отчего последняя несомненно выиграла.
Остался в ней и 64-летний Вилмс, который в
предыдущих фильмах Каурисмяки воплотил столь непохожие друг на друга образы:
богемного парижского поэта в «Жизни богемы» (La
Vie de Bohème),
агента ЦРУ в «Ленинградские ковбои встречают Моисея» (Leningrad
Cowboys Meet Moses) и таинственного
путешественника в «Юхе» (Juha).
Он успел привыкнуть к «странностям» Каурисмяки, а
потому и глазом не моргнул, узнав, что на сей раз ему досталась роль чистильщика
обуви Марселя, мечтателя и интригана, помогающего незаконному иммигранту
(мальчику Идриссе, сыгранному Мигелем) в поисках матери.
«Знаете, он очень странный парень, – делится Вилмс
впечатлениями о Каурисмяки. – Вам никогда не доводилось встречаться ни с кем
подобным. Он не слишком многословен. Полагает, что актер сам должен выполнять
свою работу. Когда в Каннах его спросили, почему он решил работать с французским
актером, в ответ последовало: «Он мне дешево обходится!»
«Это потрясающе! Он очень приветливый, очень
скрупулезный, никогда не делает больше двух дублей. Для Аки это вопрос этики,
политики: он убежден, что на производство фильмов тратится слишком много денег.
Уж лучше потратить их на выпивку, чем спустить на кино. Он был краток: «Только
два дубля: делай свою работу и не своди меня с ума. Пожалуйста, играй как
джентльмен!»
- «Гавр» – добрый фильм, очень воодушевляющий. Для
творчества Каурисмяки он как-то подозрительно позитивен.
- Да, так
и есть. Аки сказал мне: «Знаешь, раз мир нынче и так стоит на грани катастрофы,
мы должны снимать комедии. Мы должны дарить хэппи-энды.
Я предусмотрел
две
счастливых развязки!»
- Ваш герой Марсель – жуликоватый, но в то же
время весьма обаятельный малый. Что Вы думаете о нем?
- Фильм
может показаться излишне политкорректным. Но Марсель любит приложиться к бутылке
– пролетарии у Каурисмяки отнюдь не святоши, заметили? Он все тот же герой, что
и в «Жизни богемы»: хочет быть творцом, а заканчивает чистильщиком обуви.
- Что Вы имеете в виду под «политкорректным»? Тема
иммиграции в Европе весьма злободневна.
- Да, да.
Перед началом съемок он [Каурисмяки] поделился со мной: «Нам нужно затронуть в
фильме проблему иммиграции, но следует делать это с умом. У нас должно
получиться не политически корректное кино, у нас должна получиться сказка. Нам
надо постараться быть скромными, честными и очень светлыми».
- Вы полагаете, «Гавр» несет в себе послание?
- Несет.
Как сказал Аки: «Я надеюсь, Красная шапочка
съест волка, а не наоборот». Это и есть послание.
- Существует ли историческая личность, которую бы
Вам хотелось сыграть?
- Нет,
ведь начинал я не как актер. Я был рабочим в театре.
Профессия актера очень странная. Я часто
повторяю, что это странная работенка для людей вроде меня. Мне уже шестьдесят,
но до сих пор приходится слышать: «Ты не мог бы отойти вправо и изобразить
страдание? Нет,
ты страдаешь не так,
как над-
Страдай!
Страдай!»
Боже,
это же не работа!
Роберт Митчем как-то обронил: «Мне нравится
сниматься в вестернах, потому что лошади никогда не забывают своих реплик и я
могу отправиться поесть».
- Вы немного напомнили мне Митчема в начале
«Гавра», в нескольких кадрах из сцены на железнодорожном вокзале, похожей на
фрагмент шпионского фильма.
- Он мой
любимый актер.
Перевод
с английского: И. Васильев, специально для сайта
aki-kaurismaki.ru
|
', '
']]}
