Ленинградские ковбои встречают Моисея

После того как самая неудачная музыкальная группа из далекого сибирского городка приехала в Америку в поисках счастья и успеха, она потеряла своего менеджера-деспота Владимира, а ее участники начали погибать от новой напасти – текилы. Их прозябание в Мексике меняется после появления человека, который называет себя Моисеем, но который очень похож на Владимира - бывшего менеджера.

Этот фильм автомати­чески вызывает два сравнения: с «Библией» Джона Хьюстона и с «Про­цессом Жанны д'Арк» Робера Брессона. История, естест­венно, берет за образец Ветхий Завет, самую жестокую из когда-либо написанных книг...»

Я любил Америку времен Рузвельта. Я обожаю старый Голливуд. Раньше там лодки были сделаны из дерева, а люди из стали. Сегодня лодки сделаны из стали, а люди из дерева».  

Филь­мы, по­свя­щен­ные «Ле­нин­град­ским ков­бо­ям», — не­ук­лю­жие му­зы­каль­ные ре­вю и фаб­ри­ки по про­из­вод­ст­ву гэ­гов — то­же в ка­ком-то смыс­ле яв­ля­ют­ся «про­ле­тар­ски­ми филь­ма­ми» или скры­ты­ми ме­ло­дра­ма­­ми из жиз­ни ра­бо­че­го клас­са. В том ре­бя­че­ском уни­вер­су­ме, ко­то­рый эти филь­мы изо­бра­жа­ют, «ра­бо­тяг» — пар­ней из «са­мой пло­хой рок-груп­пы ми­ра» — экс­плуа­ти­ру­ет их ме­нед­жер-вер­ту­хай Вла­ди­мир, ко­то­рый пре­вра­­щ­ае­тся по хо­ду се­риа­ла в Мои­сея. / Петер фон Багх

Каурисмяки и его ковбои / La Repubblica, 16.02.1994